Подписывайтесь на наш Телеграм канал https://t.me/molodostInUa

Новости

Маленькая Катя из Лимана рассказывает о войне и своей семье

Маленькая Катя из Лимана рассказывает о войне и своей семье

28 июня 2022

 

Маленькая Катюша с мамой, папой, братиком, дедушкой и бабушкой просидела в подвале в городе Лиман на Донеччине почти месяц. Самым тяжелым, говорит, было научиться ходить в туалет в ведро, когда рядышком все. А ее мама Татьяна ни разу не плакала при детях, даже тогда, когда убегая от постоянных бомбежек родного города семья перебралась в Щурово. Здесь они прожили какое-то время на втором этаже одного из пансионатов. Пока снаряд не угодил в третий этаж этого здания. 

«Честно, не знаю, как мы будем жить»

Меньше недели назад они выбрались из пекла войны, пережив месяц жесточайших бомбежек, а не утратили способности улыбаться. И пока мама стеснялась давать интервью, всё говорила, что по сравнению с остальными, они ничего такого не пережили, 8-летняя Катюша бодро взяла линию общения в свои руки. Девочка сказала, что она любит математику. Все-таки второй класс обязывает не только знать все цифры до 100, но и уметь решать уравнения. Школа была хорошей. Когда последний раз она в ней была на уроках, девочка так и не вспомнила, зато онлайн уроки для неё закончились в апреле.

Девочка мечтает быть журналистом. Правда, об этом в семье раньше никто не знал. Может быть, на такое решение повлияли мы с микрофоном и камерой — люди в относительно мирном городе Донецкой области. Зато на вопрос, что такое война, девочка говорит долго. Но, главное, что начинает рассказ словами «когда я была маленькая». Так вот, когда Катюша была маленькая, а это было всего лишь 23 февраля, она жила с мамой, папой, младшим братом в своем доме. Война для неё началась сидением в ванной. Для 8-летней девочки это занятие очевидно: в ванной нет стекол.

«В первый раз, когда ударили, у меня ноги задрожали. И было очень страшно мне. Стреляли по каким-то местам. А потом добрались до нашего города», — говорит Катя.

Ту часть Лимана, где Катюша пряталась в ванной собственного дома, обстреливали больше, чем другие районы, поэтому семья приняла решение перебраться к деду и бабушке. Там все вместе просидели в подвале ни один день. 8-летняя уже взрослая девочка говорит о том, что «стреляли резко». А в подвале они с братом рисовали, играли с бабушкой и дедушкой. У деда «золотые руки» и у них была печка. Что готовили кушать взрослые, Катюша точно не помнит, но голодными они не были.

Сложнее было сходить в туалет при всех. Приходилось брать ведро. Сначала старались выбегать на улицу, но это скоро прекратилось. Обстрелы были постоянными. Поэтому ведро в подвале стало для 8-летней девочки туалетом.

Но даже в подвале все было слышно очень хорошо. И звуки войны были такими, что закладывало уши

Семья перебралась в Щурово. Сначала в лесу было тихо. Но потом снаряды стали доставать и туда. «Мама собирала белье и что-то большое прилетело. Посыпались стекла и почти крыши не было». Так девочка запомнила обстрел туристической базы, в которой нашла убежище ее семья. И совсем ошеломительная фраза от 8-летнего ребенка, после которого уже не можешь продолжать интервью: «Честно, не знаю, как мы будем жить. Не уверена, что до зимы выживем».

Так думает 8-летний ребенок, до 24 февраля жительница курортного города Лиман Донецкой области. По ней видно, что страшно вспоминать то, что она пережила. Но абсолютно спокойно девочка говорит, что нет никакой уверенности в дне будущем. В 2014-м шести месячная Катюша тоже сидела в подвале с мамой. Маленькую девочку война преследует с первых дней жизни.

«День пережит и хорошо. Никаких планов мы строить не можем»

Задача мамы Татьяны была изо всех сил стараться не падать духом. Дети все видят и чувствуют. Татьяна прямо перед самой войной прошла стажировку на новой работе. И 24 февраля у неё должен был быть первый полноценный рабочий день. Вечер перед войной был наполнен обычными делами, которых сейчас очень не хватает. А в шесть утра 24 февраля Татьяна упорно не хотела верить, что началась война. В городе еще было тихо.

Ту войну, которая выгнала ее с детьми из дома, Татьяна увидела 20 апреля. И сегодня, как настоящий оптимист, она говорит о том, что до этого времени успела подготовиться. Это у несчастных жителей Мариуполя или Волновахи не было возможности сделать это, а они, как думали, были готовы. Но чуть ли не первый снаряд угодил в соседний дом. И семья перебралась к родителям в другой подвал. Все верили, что это ненадолго. Опыт сидения в подвале был еще в 2014-м году. Машины у семьи нет, выбраться из города было бы сложно. И, как и всем, думалось: «куда ехать и как бросить дом»?

Сначала не стало света, потом газа. В недлительные периоды затишья город выглядел обычным. Весна добавляла ярких красок. И каждая пауза в бомбежках была надеждой на то, что все прошло и дальше будет только хорошо. Рядом загорелся дом. И родители Татьяны стали говорить, что нужно забирать детей и выезжать из города. Решение далось сложно, тем более что бабушка и дед категорически не захотели уезжать из дома.

3 мая Татьяна, ее супруг и дети отправились в путь. Когда поехали по городу, ужаснулись: оборванные провода, дым. Татьяна всё стесняется, что не пережила таких ужасов, как другие, и называет это последнее путешествие по Лиману «апокалипсис немного».

Далеко от дома уехать сразу не смогли. Добрались до поселка Щурово под Лиманом. Тут знакомые жили на турбазе, где было бомбоубежище. Это до войны всех интересовал уровень сервиса, а сейчас гораздо важнее наличие укрепленного подвала. Две недели здесь было тихо. Тихо – это отсутствие прилетов рядом.

И в подвал стали спускаться даже не сразу. Готовили еду на костре. И радовались тому, что есть питьевая вода. Людей здесь было много. И у кого-то был генератор. Телефоны заряжали, что происходит вокруг, знали

Однажды, абсолютно случайно, привез им продукты мирноградский волонтер Иван Субботин. Он предложил их забрать. Но извечная проблема, куда и к кому ехать, а тут вроде бы прямых попаданий нет, заставила просто записать его телефон. Через пару дней в третий этаж здания турбазы угодил снаряд. Семья жила на втором этаже. В момент попадания поднимались на свой этаж. Лестница, по которой шли, обвалилась.

«осознание того, что могло бы случиться, будь они на пару метров выше, дошло только через пару дней. В тот момент они с мужем думали только о том, как выбраться из здания с детьми»,  сказала мама.

Тогда сразу же позвонили Ивану, на следующий день он приехал за ними. Выезжали под обстрелами. Видели сгоревшие и горящие деревья, разбитые машины. Ехали так, чтобы быть ниже линии окон машины волонтера.

Как начинать жизнь в чужом городе: без работы, дома, денег? Этот вопрос задает себе каждый переселенец. Спрашивают себя сейчас о том же и Татьяна с мужем. Молодая мама говорит, что эмоциональное состояние осталось на уровне сидения в подвале: день пережит  и уже хорошо.

Татьяна рассказывает о том, как в начале мая на несколько дней пропала связь с родителями, а ей прислали видео их разрушенного дома. Сейчас с родителями всё хорошо. Они остались живы и сумели выбраться из города. Татьяна очень сдержано говорит о том, как она держалась и не показывала детям свой страх за жизнь их бабушки и деда. Вообще, по мнению женщины, главное сейчас — это эмоциональное здоровье детей. Им быть с впечатлениями от этой войны всю жизнь. Даже в подвалах она занималась с ними: рисовала, писала, решала математические задачи. Сейчас Татьяна не может спать, всё время снится война. Она борется с собой, старается быть мамой, которая может всё и всегда добрая и ласковая.

Источник

 



Просьбы о помощи

Анонсы